Федеральный проект «Речной дозор» возвращает жизнь малым рекам России
Есть места, где вода забыла, что она — река. Там, где еще недавно звенели детские голоса, теперь тина и борщевик. Но у этой тишины есть хранители — и они уже в пути.
Маленькая река на краю большого города
Если выехать за окраину Подольска и пройти по берегу Пахры, можно увидеть то, что не попадет ни в один отчет о состоянии окружающей среды. Вода местами стоит, покрываясь ряской; берега заросли борщевиком; на месте, где еще лет тридцать назад купались дети, теперь вязкая тина. Пахра — не исключение. Таких рек в России сотни тысяч. Они текут через деревни и дачные поселки, впадают в более крупные реки, формируют сток Волги и Дона, Днепра и Оби — и при этом не числятся ни за кем. Формально они государственные. Фактически — брошенные.
Именно на берегу такой реки и родился разговор, который лег в основу этой статьи. Разговор с удочкой и костерком с членом-корреспондентом РАН, профессором, доктором экономических наук Виктором Ивановичем Даниловым-Данильяном и управляющим директором ИНАП, кандидатом экономических наук Виктором Александровичем Павловым. Оба они — люди, для которых вода давно перестала быть просто водой. Для одного она — объект научного изучения длиною в жизнь. Для другого — ресурс, вокруг которого можно выстроить новую экономику.
Именно на берегу такой реки и родился разговор, который лег в основу этой статьи. Разговор с удочкой и костерком с членом-корреспондентом РАН, профессором, доктором экономических наук Виктором Ивановичем Даниловым-Данильяном и управляющим директором ИНАП, кандидатом экономических наук Виктором Александровичем Павловым. Оба они — люди, для которых вода давно перестала быть просто водой. Для одного она — объект научного изучения длиною в жизнь. Для другого — ресурс, вокруг которого можно выстроить новую экономику.
В.А.Павлов и В.И.Данилов-Данильян
Кровеносная система, о которой забыли
«Малые реки — это кровеносная система страны, — говорит Данилов-Данильян. — Они формируют сток больших рек, питают подземные горизонты, определяют микроклимат и почвы. Без здоровых малых рек не будет ни Волги, ни Дона — сколько бы мы ни чистили их русла».
Ученый не преувеличивает. По данным возглавляемого им Института водных проблем РАН, этот ресурс практически не учитывается государством в стратегическом планировании. Он велик — и при этом бесхозен.
В этом и заключается парадокс, который Павлов формулирует без обиняков:
В этом и заключается парадокс, который Павлов формулирует без обиняков:
«Государство есть, а хозяина нет».
Ответственность за малые реки распылена между водным ведомством, Росприроднадзором, местными администрациями и водопользователями — и в итоге не отвечает никто. Нет системного мониторинга, устарели методы, отсутствуют достоверные данные. Но главная причина, по мнению Павлова, лежит глубже — в отсутствии субъекта собственности. Собственник реки, рассуждает он, должен быть одновременно суверенным субъектом самоуправления, а самоуправление в нашей стране исторически воспринимается как угроза централизованной власти. Отсюда — десятилетия застоя.
Не экология, не экономика, а хозяйство
Решение, которое предлагают авторы проекта «Речной дозор», не сводится к очередной природоохранной кампании. Речь идет о так называемой экспериментальной природоохранной хозяйственной автономии — сокращенно ЭПОХА.
«Мы проверяем гипотезу: можно ли построить хозяйство, где забота о природе становится его основой, — поясняет Павлов. Она опирается на теорию «экономики витальности», разрабатываемую в ИНАП: здоровая экосистема должна стать ценным экономическим активом, а не объектом загрязнения».
Модель строится на трех основаниях. Правовое — сеть некоммерческих организаций, которые по договорам с федеральными и местными властями берут на себя конкретную ответственность за водные объекты. Управленческое — новые кадры. И здесь проект делает неожиданный ход: ставку он делает на возвращающихся участников СВО.
«Это люди с обостренным чувством правды и справедливости, с высокой самоорганизацией и ответственностью, — говорит Павлов. — Мы даем им реабилитацию, социальную адаптацию и возможность развивать свою территорию».
И, наконец, экологическое основание — простое и очевидное: здоровые малые реки — питающая база больших.
Возражения и ответы
У этой смелой схемы есть критики. Философ и методолог Александр Левинтов в своей рецензии на проект предупредил: «Речной дозор» рискует превратиться в еще одно силовое ведомство, а то и в локальные вооруженные формирования, если выходцы из СВО слишком рьяно возьмутся за дело. Павлов риска не отрицает, но отвечает на него рационально: задача не в создании силовой структуры, а в повышении сложности управляющей системы за счет новых хозяйствующих субъектов, интегрированных в существующую властную вертикаль. Данилов-Данильян добавляет аргумент от противного: речь идет о людях, прошедших войну и хотящих вернуться к мирному созидательному труду, — и не дать им такой возможности было бы куда большим риском.
Что уже сделано и что впереди
Проект стартовал в сентябре 2024 года. За это время разработана концепция, проведена серия научно-проблемных семинаров, сформирована инициативная рабочая группа. В октябре 2025 года подготовлено письмо в Правительство РФ и Аппарат Президента. Сейчас запускается первый этап сбора средств — 800 тысяч рублей на создание и апробацию принципиально новой методики исследования водных ресурсов, объединяющей точные науки и социологию. В планах — подготовка двух групп: продюсеров проекта и операторов дронов для сбора анализов воды. Пилотные площадки — Крым (река Черная), Подольск (река Пахра) и Псков (река Великая).
Научная база серьезная: экспертизу обеспечивает Институт водных проблем РАН, практический опыт и сформированную сеть волонтеров — Всероссийское общество охраны природы. Но ценность проекта, подчеркивает Данилов-Данильян, именно в соединении естественнонаучного подхода с социальным и экономическим: река — это не только вода, но и микроклимат, почвы, аквакультура, туризм, рекреация, культурно-исторический объект.
Научная база серьезная: экспертизу обеспечивает Институт водных проблем РАН, практический опыт и сформированную сеть волонтеров — Всероссийское общество охраны природы. Но ценность проекта, подчеркивает Данилов-Данильян, именно в соединении естественнонаучного подхода с социальным и экономическим: река — это не только вода, но и микроклимат, почвы, аквакультура, туризм, рекреация, культурно-исторический объект.
Капля за каплей
Главный риск проекта его авторы видят в одном: как бы не остаться теорией.
«Мы специально создаем проект так, чтобы он набивал шишки на практике, — говорит Павлов. — Поэтому обращаемся к народным меценатам: тысяча капель по 1000 рублей — это уже миллион».
В этой арифметике — вся философия «Речного дозора»: большое дело складывается из малых, но осознанных усилий.
«Малые реки — не абстракция, — напоминает Данилов-Данильян. — Это вода, которую мы пьем, и места, где мы отдыхаем. Их деградация — деградация качества нашей жизни».
А Павлов формулирует финальную цель без пафоса, но твердо: прекратить парадокс бесхозности и вернуть малым рекам хозяина — ответственного, заинтересованного, работающего на земле.
Пока же на берегу Пахры по-прежнему стоит тишина. Но, возможно, именно с таких вот тихих берегов и начинается большое возвращение воды к жизни.
